Травма войны: выявление и преодоление

Война - всегда травмирующая ситуация, травмирующий процесс... и не только потому, что несет смерть, но и потому, что приводит к нарушению экономического и социального развития, к резкому обрушению фона, к потере привычной жизни и безопасности (или иллюзии безопасности), к потере связей, возможностей. Война ставит вопрос о смысле и ценности всего - отношений, комфорта, амбиций, жизни.

Это пограничная ситуация, связанная с насилием и бессилием. И - однозначно - каждый человек, сталкивающийся с ней, испытывает дистресс, получает травму - не всегда физическую, но психическую, с которой справиться силами психики самому невозможно.

Конечно, говорить о травме войны как о каком-то общем феномене будет неправильно, это будет очень и, возможно, слишком общим, поскольку травма и посттравматическое расстройство бойца на линии фронта, травма волонтера, травма жителя, оставшегося на оккупированной территории, травма матери, живущей в тылу и вскакивающей во время взрывов, тревожась за своего ребенка, травма матери, вывезшей своего ребенка из страны в более безопасное, но чужое место, травма ребенка - это разные ситуации, разные состояния, проявления и переживания и, соответственно, требуют разной по форме и продолжительности работы.

И все же выделим некоторые универсальные моменты. Одним из характерных признаков травмирующего опыта является расщепление - распад целостности человеческого тела и психики, когда может возникать ощущение "отдельности", отстраненности от тела и эмоций, потому что во время шоковой психической травмы и тело, и психика в целом включаются в решение основной задачи - выжить!

На телесном уровне можно наблюдать различные виды жгучей, колющей, невыносимой боли, неконтролируемые паттерны дыхания, пищеварения и движения, спазмы в мышцах, "замороженность" тела, происходит выброс стресс-гормонов (адреналин, кортизол, норадреналин), что приводит к изменениям в работе органов и систем организма.

На эмоциональном уровне возникает неадекватный страх смерти и одиночества, неконтролируемый гнев, всепоглощающая и непрекращающаяся боль от потерь и расставаний, невыносимые чувства отвращения, стыда и вины.

И эти реакции могут быть как острыми, ситуативными, так и отсроченными...

Достаточно частые проявления - посттравматическое стрессовое расстройство, тревожное расстройство, депрессия, а также своеобразные "ловушки" - разнообразные симптомы (проблемы со сном, ощущение беспомощности, отсутствие мотивации, компульсивные действия или навязчивый их анализ и т.п.) и синдромы (синдром "вины уцелевшего", синдром отложенной жизни, синдром фантомной сирены, синдром беженца и т.п.) и синдромы (синдром "вины уцелевшего", синдром отложенной жизни, синдром фантомной сирены, синдром беженца и т.п.).

Особенность травмы войны связана с тем, что человек словно попадает между двумя, с психологической точки зрения, измерениями войны - экзистенциальным, которое ставит человека лицом к лицу с концом его жизни и в поиске ответа на вопрос о смысле существования здесь-и-сейчас порой приводит к ответу, что ценность жизни может быть не самой главной (а, например, волонтерство как смысл служения людям). Второе не вполне обычное - это попадание в зону мощного аффекта. Специфика эмоций и переживаний в войне - их: 1) крайнее проявление (страх - до животного ужаса и паники, гнев - до всепоглощающей ярости, бессилие - до полного ступора и т.д.), и 2) проживание некогда незнакомых чувств (наслаждение, когда видишь мертвых врагов; облегчение, когда "прилетело" не в мой дом, и т.д.).

Одним из ярких маркеров, обозначающих и сопровождающих жизнь украинцев сегодня, в условиях войны, является, безусловно, тревожность. И социальные сети, и многочисленные публикации пестрят советами "как избежать... уберечь... преодолеть... справиться...".

У меня совершенно нет желания идти по этой схеме и привести "5, 10 или 15 способов..." Отчасти потому, что для разных людей, я думаю, нет универсальных советов. Отчасти, потому, что гештальт-терапия работает несколько иначе...

И все же... По аналогии с инструкцией о маске, которую в случае аварии самолета надо прежде всего надеть себе, и только потом - ребенку, есть подсмотренная мной в какой-то статье метафора-инструкция: чтобы меньше травмироваться, надо выработать психологический бронежилет.

Итак, мое видение "психологического жилета":

1. Понимание того, что конкретно для меня является триггером, который "запускает", скажем, тревогу (чаще всего это информация, возможно, избыточная и противоречивая).
2. Поиск способов избежать встречи с этим триггером (прекращаю беспрестанно листать ленту новостей, ограничиваю время поиска и проверяю достоверность информации, не общаюсь с людьми, после общения с которыми теряю устойчивость и т.д.).
3. Общение с единомышленниками, которые поддерживают и разделяют мои моральные, политические, общечеловеческие и т.д. установки (травма возникает, когда недостаточно поддержки из окружающей среды).
4. Опора на личные и национальные психологические ресурсы (дети, юмор, мечты о будущем, культура, духовность и т.д.).
5. Пребывание в "здесь-и-сейчас", в контакте с людьми, со своими чувствами.
6. Проявление амбивалентных чувств и действий (например, с одной стороны, потребность в уединении, укрытии, с другой - в общности, совместимости; с одной стороны - ярость "к ним", с другой - огромная теплота "к своим"; с одной стороны - потеря телесности буквально, с другой стороны - огромная потребность в тактильных контактах...).
7. Обращение за профессиональной помощью - к психологу, психотерапевту. Сейчас так важно признать и использовать свое человеческое право страдать и не оставаться в этом страдании самому!
8. Парадоксальное признание, что именно сейчас, в войну, я в чем-то расту (больше ценю людей, оформилась гражданская позиция, становлюсь более бесстрашным и т.д.).

И пусть в помощь и поддержку будет знание, что, несмотря на травматизацию, после нее сохраняется область здоровых телесных реакций и здоровых психических структур, которые по-прежнему интересуются реальностью. Они могут выражать чувства, помогают устанавливать межчеловеческие связи и вступать в близкие отношения, а также выходить из них... В трудные времена они дают надежду на адекватное решение насущных проблем. Они способны настойчиво стремиться к цели - выходу из расщепления.

Это означает, что прогноз, даже если человек пережил психотравмирующее событие, может быть оптимистичным (по опубликованным статистическим данным, в 70%) человек ПТСР не будет иметь) - Мы Можем Справиться С Травмой!